Некоммерческая организация TajRupt, чья главная цель – расширение прав и возможностей молодежи в Таджикистане, может гордиться тем, что в 2018 году ее основатель и председатель Азизжон Азими вошел в список Форбса «30 до 30 лет». Обладатель стипендии Knight-Hennessy Стэнфордского университета, 22-летний Азими в настоящее время учится на магистра в области делового администрирования в Стэнфордской высшей школе бизнеса, а также магистра в области государственной политики в Гарвардской школе Кеннеди. В интервью CAAN Азизжон знакомит нас со своей организацией и делится некоторыми личными мыслями о системе образования в родном Таджикистане.

Перевод с английского языка

Aзими: TajRupt как организация основана в 2017 году. Она сосредоточила свое внимание на предоставлении молодежи в Таджикистане навыка, которому в значительной степени не уделяется внимания в государственной системе образования – это критическое мышление. Эта миссия стала для меня личной еще со школьных лет в Таджикистане еще до того, как я приехал в Соединенные Штаты для продолжения обучения в средней школе и в университете. Благодаря участию в проекте Модели ООН в рамках внеклассной деятельности и благодаря опыту академической работы, полученному в сфере политических наук, для меня стало очевидно первостепенное значение критического мышления как важнейшего жизненного навыка. Поэтому обучение молодежи в Таджикистане навыкам критического мышления с помощью специально разработанной учебной программы показалось мне подходящим способом вернуть долг моему обществу.

Учебная программа TajRupt построена как внеклассное обучение, она длится 10 недель и состоит из 75-минутных интерактивных занятий, проводимых три раза в неделю. Цель учебной программы – информировать учащихся и вовлечь их в общественные дела через гражданское образование. Будучи студентом TajRupt, вы сможете изучить широкий спектр концепций в рамках 10-недельного учебного плана: государственную политику, философию, рынки, СМИ, технологии, глобализацию и международные отношения, гендерное равенство и лидерство. Учебный план разделен на три уровня, которые различаются в зависимости от состава и рамок конкретных тем.

Недавним дополнением к учебной программе стало введение еженедельных тематических исследований. Например, в течение недели, посвященной мировым текущим делам, студенты узнали об активизме Греты Тунберг по повышению осведомленности об изменении климата. Кроме того, во время освещения политической философии на второй неделе ученики познакомились с концепцией «Занавеси неведения» Джона Ролза и обсудили проблему налогообложения богатых. Такой подход позволяет ученикам соединять теоретические концепции с практическими примерами, которые применимы в реальной жизни. Мы приняли методологию активного обучения, основанную на учебном инструментарии Гарвардского центра, который стремится наладить интерактивное вовлечение студентов в регулярные занятия в классе. Мы также оцифровали материалы нашего курса, используя Canvas в качестве системы управления обучением. Чтобы отследить, есть ли сдвиги в убеждениях учеников в учебном плане, мы еженедельно интересуемся размышлениями учеников о концепциях и дискуссиях через Canvas.

После прохождения каждого уровня учебной программы ученики должны объединиться и реализовать то, что мы называем проектами социального воздействия. Это небольшие инициативы, которые должны оказать положительное влияние, как минимум на 10 других людей, и направлены на воспитание из учеников настоящих лидеров, способных осуществить перемены в обществе. До настоящего времени такие проекты включали организацию клубов для внеклассных занятий в школах и университетах по модели ООН, кружки дебатов, объединений по гендерному равенству, а также цифровые инициативы, включая образовательные веб-сайты, общественные работы и волонтерство. Период социального воздействия (social impact) длится до одного месяца, а реализация и устойчивость проектов оцениваются во взаимодействии со школьной администрацией и родителями учащихся.

На сегодняшний день мы успешно выполнили шесть итераций учебного плана с сотнями выпускников. В области критического мышления есть три конкретных результата, достижение которых считать за освоение навыков: умение оспаривать и определять источники и предположения, использование фактов и доказательств и поиск разных точек зрения. Чтобы оценить наше влияние, мы проводим базовые и итоговые опросы среди учеников. К настоящему времени результаты продемонстрировали, что почти все выпускники получили новое мировоззрение – будь то в развитии понимания гендерного равенства или в поиске альтернативных источников информации для СМИ в повседневной жизни.

Почему вы решили предложить таджикской молодежи дополнительные образовательные курсы? Какой язык вы используете на курсах?

Работая на местах, мы поняли, что среди молодежи в Таджикистане растет спрос на внеклассные мероприятия. Наиболее «популярными» среди этих мероприятий являются уроки английского языка или дискуссии в неправительственных образовательных центрах. Многие из этих центров имеют коммерческую структуру и взимают оплату, которая является непомерно высокой для учеников из малообеспеченных семей. Такая ситуация предоставила нам прекрасную возможность использовать нашу модель.

Мы решили сделать наши уроки бесплатными, стремясь получить грант от международных организаций. Это, очевидно, ограничило наши возможности в плане охвата учеников (в среднем 10-недельная сессия включает 50-60 учеников). С другой стороны, мы сосредоточили наши усилия на расширении доступа к внеклассным занятиям для учеников, которые традиционно не имели доступа к платным ресурсам. В дальнейшем это останется нашим стратегическим приоритетом в обучении молодежи.

Для большего стимулирования интереса учащихся к учебной программе, мы решили сделать английский язык основным языком общения в классе. Поскольку спрос на уроки английского языка огромен, это решение привлекло большое внимание к TajRupt среди местных студентов и школьников, которые хотят улучшить свой английский. Таким образом, знание и использование английского языка в классе варьируется в зависимости от различных уровней учебной программы. В то время как учебные материалы составляются на английском языке, в классных дискуссиях на первом уровне, например, часто используются таджикский и русский языки, так как учащиеся владеют английским языком ниже среднего уровня.

В самом начале нашей программы требование нами знания английского языка привело к тому, что большинство наших учеников были из привилегированных семей, так как они могли позволить посещать языковые курсы после школы. Мы включили финансовое состояние студентов в качестве фактора при зачислении и стали привлекать больше учеников из малообеспеченных семей, хотя это означало, что у учеников, начинающих обучение в TajRupt, теперь относительно низкий уровень знания английского языка. В более широком масштабе мы теперь рассматриваем TajRupt как центр социальной мобильности, благодаря которому ученики из малообеспеченных семей одновременно изучают английский язык и приобретают навыки критического мышления, которые улучшают их возможности получения образования и в трудоустройстве.

Как ваши курсы принимаются местными властями? Насколько я знаю, в Таджикистане сложно работать со школами и университетами и вообще реализовывать любую образовательную программу.

Считается, что бюрократия в Таджикистане является сложным процессом. Поэтому изначально мы были стремились установить необходимые партнерские отношения с местными властями и привести в соответствие всю необходимую документацию, включая регистрацию в качестве общественной организации в Министерстве юстиции, а также получение лицензии и подписание Меморандума о сотрудничестве с Министерством образования и науки (МОН). Недавно мы тесно сотрудничали с Центром одаренных студентов при МОН в Худжанде. Наше партнерство с ними привело к увеличению числа академически успевающих студентов в нашей когорте, и почти половина наших учеников в настоящее время являются победителями олимпиад по различным предметам – от физики до русского языка. Лучшие ученики из местных государственных школ зачисляются в TajRupt, причем учащиеся из малообеспеченных семей получают приоритет. Кроме того, мы также воспользовались инициативой правительства по повышению качества преподавания английского языка в школах, таким образом, укрепляя наше сотрудничество с МОН.

Вы собираетесь запустить новый проект по исследованию искусственного интеллекта. Пожалуйста, расскажите нам об этой инициативе. Достаточно ли в стране образованных специалистов для реализации высокотехнологичных проектов? Как вы в целом оцениваете систему образования в стране, а также уровень знаний и образовательный потенциал таджикской молодежи?

После реализации нескольких итераций учебной программы TajRupt мы поняли, что существует значительная демографическая группа молодежи, увлеченная сферой науки, техники, инженерии и математики (STEM). Нас это заинтересовало, так как мы изначально рассчитывали привлечь учеников с основной специализацией в социальных науках. Дальнейшие исследования показали, что эта тенденция характерна для государственной образовательной системы Таджикистана, в которой большое внимание уделяется теоретическим знаниям по предметам STEM. Это присуще всему постсоветскому региону, где ученики обязаны обучаться в средней школе в течение нескольких лет по предметам STEM – от физики до информационных технологий.

Например, ученики из Таджикистана в рейтинге стран-участниц Международной математической олимпиады 2018 года – ведущей мировой математической олимпиады – находятся среди 60% по общему баллу. Регулярно публикуются новости об академических достижениях таджикских учеников на международных соревнованиях. Следовательно, потенциал местной молодежи в STEM очевиден. Однако в ходе наших бесед с местными учениками мы выявили очевидный пробел в навыках, обусловленный тенденцией чрезмерной индексации теории, которая имеет место в системе государственного образования. В результате талантливые ученики STEM приобретают сильные теоретические навыки в средних школах, которые практически не применяются на практике.

Затем мы приступили к анализу состояния высшего образования в STEM. Главной проблемой в Таджикистане является низкий уровень зачисления в высшие учебные заведения, поскольку только малое количество студентов соответствующей возрастной группы посещают университеты. Основной слабостью университетов остается исследовательский потенциал, который жизненно важен для успеха ведущих мировых институтов STEM. Оценка системы высшего образования Таджикистана, проведенная Азиатским банком развития, выявила отсутствие исследовательского потенциала в области STEM у местных университетов как один из нескольких барьеров, ограничивающих результаты исследований среди преподавателей и студентов.

Наконец, на более фундаментальном уровне эндемической проблемой в Таджикистане является отсутствие возможностей трудоустройства. Как известно, почти треть валового внутреннего продукта нашей страны приходится на денежные переводы мигрантов, которые отправляются таджиками, работающими за границей. Таким образом, самые талантливые ученики в областях STEM предпочитают продолжать учебу или работать за границей, способствуя «утечке мозгов» из страны. Учитывая, что местный сектор информационных технологий (ИТ) остается недостаточно развитым, основное предложение рабочих мест в этом секторе, как правило, сосредоточено вокруг базовых навыков программирования, таких как веб-дизайн.

Подводя итог, наш анализ показал нам множество проблем, которые могут быть преобразованы в возможности для обеспечения конкурентного преимущества Таджикистана в век технологий. Сегодня школьник в Таджикистане с наличием способностей в STEM, скорее всего, сосредоточится на теории, а не на практике в средней школе, и будет иметь ограниченные возможности для прикладных исследований в университете. Кроме того, он столкнется с нехваткой работы на рынке труда в будущем. Эти три области стали опорными пунктами TajRupt.AI – первого в Центральной Азии исследовательского центра искусственного интеллекта. TajRupt.AI стремится одновременно решить эти области следующим образом:

• Образование: старшеклассники и студенты, талантливые в областях STEM, получат образовательную подготовку по информатике во внешкольном формате, аналогичном учебному плану TajRupt. Студенты с опытом работы в области компьютерных наук будут обучены основам искусственного интеллекта и науке о данных.

• Прикладные исследования: студенты университетов – как на уровне бакалавриата, так и на уровне магистратуры – по специальности компьютерные науки смогут проводить специализированные исследования по применению ИИ в социальных секторах, таких как образование и здравоохранение. Инструменты машинного обучения и глубокого обучения будут иметь приоритет в процессе прикладных исследований.

• Предпринимательство: студенты будут обучаться по предпринимательской программе для коммерциализации технологических продуктов через пространство инкубатора и ресурсы наставничества. Одна из конкретных областей деятельности будет заключаться в создании местных предприятий, предоставляющих услуги аутсорсинга глобальным компаниям для программной деятельности, связанной с искусственным интеллектом, что отражает успех стран Восточной Европы, ставших центрами ИТ-аутсорсинга в последние два десятилетия.

Причина, по которой мы решили уделять приоритетное внимание искусственному интеллекту (ИИ) в работе нашей организации, заключается в огромном потенциале роста в этом секторе в ближайшие десятилетия. Исследования, проведенные McKinsey Global Institute, показали, что растущее внедрение ИИ может обеспечить дополнительный экономический эффект, оцениваемый в триллионы долларов, к 2030 году. Важно, что спрос на высококвалифицированные таланты ИИ, как ожидается, намного превысит предложение в ближайшем будущем, что представляет собой возможность для развивающихся стран, таких как Таджикистан, стать региональными центрами ИИ.

В то же время существует ощутимый риск того, что принятие ИИ просто расширит состояние глобального неравенства, поскольку страны с развитой экономикой захватывают большую часть добавленной стоимости благодаря лучшему базовому позиционированию с точки зрения исследовательских возможностей и инфраструктуры. Таким образом, миссия TajRupt.AI коренится в ускорении экономического роста Таджикистана посредством развития технологического сектора, основанного на искусственном интеллекте – амбициозная цель, которая может позитивно изменить траекторию развития страны в течение следующего десятилетия. Описанный выше трехсторонний подход, включающий образование, прикладные исследования и предпринимательство, позволит талантливым студентам STEM в Таджикистане полностью раскрыть границы своего потенциала и наметить свой путь к светлому будущему дома.

Стоит отметить, что TajRupt выиграл глобальный грант от Фонда науки, технологий и инноваций (STIF) Исламского банка развития для создания TajRupt.AI. Конкурс проходил в прошлом году и в нем приняли участие 32 победителя из числа тысяч претендентов. Мы с нетерпением ожидаем официального запуска операций TajRupt.AI этим летом.

В основном таджиков называют «нацией поэзии», и я наблюдал споры о пользе поэзии и гуманитарных наук. Интересно узнать, что вы об этом думаете.

Я думаю, что должен быть здоровый баланс между сохранением и уважением традиций и развитием современных инноваций. В настоящее время маятник, кажется, полностью на стороне первого. Проблема – не в количестве преподавания STEM в школах, а в качестве. Культурные торжества и праздники должны идти рука об руку с проектными ярмарками, на которых студенты могут продемонстрировать технические достижения. Этот момент касается основного вопроса о том, какова цель государственного образования. Если мы примем позицию, согласно которой государственное образование должно вооружить учащихся базовыми навыками, соответствующими современным потребностям общества, то мы должны повысить качество обучения в STEM, начиная с начальной школы.

В бывшем Советском Союзе Армения и Беларусь уделяют внимание новым технологическим стартапам и создают условия для их развития. Мы даже не будем упоминать Эстонию здесь. Я слышал о некоторых правительственных инициативах в этой области в Казахстане и Кыргызстане. В то время как Таджикистан не имеет больших экономических возможностей для обеспечения своей молодежи, считаете ли вы, что технологические стартапы могут стать важной альтернативой создания рабочих мест и источником высоких доходов, как для людей, так и для бюджета страны?

В своем видении TajRupt как пионера технологической индустрии в Таджикистане мы ссылаемся на Украину в качестве основного примера. Страна с номинальным ВВП в 112 миллиардов долларов в 2017 году оценила экспорт ИТ в 3,6 миллиарда долларов – ошеломляющая доля. Первоначально Украина стала привлекательным местом для аутсорсинга ИТ-услуг во всем мире благодаря низким ценам по сравнению с другими направлениями. Причина, по которой мы рассматриваем эволюцию Украины как пример того, что достижимо в Таджикистане, заключается в изучении истории украинского ИТ-бума. В начале и в середине 2000-х годов, когда украинский сектор информационных технологий находился в зачаточном состоянии, институциональные условия в стране были похожи на современный Таджикистан – высокое налоговое бремя, чрезмерное регулирование, бюрократическая неэффективность и повальная коррупция. Конечно, в Украине больше населения и относительно лучшая образовательная инфраструктура. Но институциональные условия были явно неоптимальными. Несмотря на это, страна смогла произвести цифровой скачок, в основном, благодаря инициативе частного сектора. Растущий спрос на украинские ИТ-услуги естественным образом увеличивал стоимость этих услуг на протяжении многих лет, что создает потенциальное ценовое преимущество для соседних стран, таких как Таджикистан, поскольку наша ИТ-индустрия, в настоящее время, находится на самой ранней стадии своего существования. Воспроизводя успехи Украины в сфере ИТ через предпринимательство в эпоху глобальной оцифровки, Таджикистан может стать региональным центром ИТ-услуг и конкурировать в глобальном масштабе на базе преимущества в относительной стоимости.

Чтобы это произошло, правительство должно стимулировать предпринимателей открывать бизнесы в Таджикистане путем снижения налоговых ставок. Ежегодное исследование налоговых ставок по всему миру, проведенное PwC, наглядно продемонстрировало чрезмерно высокое бремя корпоративного налога в Таджикистане, которое, в настоящее время, составляет более 67%. Это ставит местных предпринимателей в невыгодное конкурентное положение по сравнению с предпринимателями в странах с более низкими налоговыми ставками. Следовательно, налоговые льготы для ИТ-индустрии – и корпоративного сектора в целом – обеспечат массовое стимулирование предпринимательства, что в конечном итоге принесет пользу государственному бюджету. Важным примечанием здесь является то, что я никоим образом не предлагаю резкого снижения корпоративных налогов. Я хочу сказать, что налоговые ставки должны быть снижены до разумного уровня. В том же отчете PwC подсчитано, что глобальный средний уровень налогов и взносов корпораций составляет 40%.

Что должна делать в этой области страна с низким уровнем проникновения интернета и доступом к компьютерам, низкой скоростью интернета и высокими ценами на интернет?

Отмена чрезмерного регулирования телекоммуникационной отрасли является абсолютной необходимостью, если мы хотим содействовать созданию технологической отрасли в Таджикистане. Снижение стоимости доступа к интернету из-за конкуренции со стороны частного сектора теоретически является естественным прогрессом в направлении увеличения проникновения интернета. Именно это и произошло в соседних странах – Казахстане и Кыргызстане, которые вошли в число стран с самыми низкими тарифами доступа в Интернет во всем мире. Тенденция в Таджикистане, похоже, прямо противоположна.

Недавнее решение установить минимальный уровень цен для интернета – что вызвало общественный резонанс и привело к отмене этого решения – имело бы катастрофически негативное влияние не только на технический сектор, но и на обычных потребителей. Логика реформ здесь довольно проста – устранение чрезмерного регулирования может привести к конкуренции со стороны частного сектора, что приведет к снижению затрат на доступ в интернет, что приведет к увеличению уровня проникновения и использования интернета, что в конечном итоге приведет к росту прибылей частного сектора и увеличению налоговых поступлений для бюджета страны.